"Татьяна Ахтман. Жизнь и приключения провинциальной души " - читать интересную книгу автора

что хранит Потопа тайну -
древнюю мечту о чистоте грядущей


Крест.

Странно здесь, в Израиле, ощущается новогодняя ночь. Нет снега, нет
ощущения таинства смены годов, кажущегося единственной возможностью
прикосновения ко времени. Вот, был декабрь прошлого года, и - ах - уже
январь будущего. И словно что-то мелькнуло, как будто, совсем близко...
тень... чего-то мощного и огромного - зверя, бегущего свободно и ровно без
устали. И, вот уж, след простыл, и я улыбаюсь растерянно вдогонку... А потом
смеюсь и пью вино: "Знаешь, я, как будто, видела его. Нет, точно, видела.
Это - пёс с мощной грудью, и он мчится против течения реки с такой
лёгкостью, словно по тропинке на склоне балки. Теперь, ночью, он чёрный, но
утром - розовый, а днём золотой. Жаль, что ты не видел..."

У меня всегда последняя минута перед боем часов, как перед смертью:
вот, остались секунды и нужно успеть подумать самое важное. Свершается нечто
чужеродное и неодухотворённое, пересечение которого с моим Я неизбежно, и
только мысль, собранная как чемодан, останется со мной, когда часовая
стрелка отделит меня от прошлого. С годами встречи со временем становятся
всё проще - всё легче собирать самое необходимое. Так бывает с опытным
любителем путешествовать налегке, когда всё умещается в компактный рюкзак. И
последняя мысль всё больше похожа на молитву - несколько прозрачных слов ни
о чём.

Теперь точка пересечения годов оголена - слабая беззащитная плоть
будней. Шаманский - прежде - бой курантов слышен по российскому ТВ в
одиннадцать часов лукавого местного времени. Здесь новогодних минут -
сколько просит душа. Та, прежняя, с ёлкой и Дедом Морозом - для торговцев.
Для тех, кто что-то продаёт и покупает - дома, труд, развлечения. Это Новый
год для денег, у которых своя важная жизнь: для счетов, зарплат и расписок,
для продажи себя в рассрочку и оптом.

Для Человека - Новый год здесь приходит осенью, с Тишреем - в день
рождения Адама. Он наступает, как и тогда - в шестой день творения, с
появлением первых ярких звёзд, среди которых теряется прозрачный серп
еврейского светила. Человек рождается, как и молодой месяц, слабым и
одиноким, и, даже познав полноту своей жизни, остается один... под небесами.
В полнолуние весеннего равноденствия, в Нисан, с наступлением ночи вечерние
звёзды едва заметны в свете тяжелой оранжевой планеты. Над миром безмолвно
льются лунные капели и людям снятся тревожные сны о злой доле рабства. Эта
Новогодняя ночь - для тех, кто помнит себя в Египте и помнит луну
благословенную, светящую под ноги беглецам и - проклятую, бегущую по пятам с
вооружёнными солдатами фараона. В эту ночь в волшебном фонаре видны тени
Каина и Авеля; тени прокураторов Иудеи, храмовых жрецов и Иешуа, которому
осталась неделя до вечности, тени его уснувших учеников - будущих апостолов
будущего календаря... для торговцев.