"В.А.Аграновский. Ради единого слова (Журналист о журналистике)" - читать интересную книгу автора

она именно сегодня. И наконец, стоит ли за нее браться, опираясь на факты
сообщенные М-довым? То есть адрес-то есть, а писать нужно ли? Не рано?
Обращаю внимание на то, что сама прикидка возможности газетного
выступления уже есть процесс выработки концепции, ее "нулевой цикл", ее
первый этап.
Итак, не рано ли писать? Сам факт перевода детей в вечерние школы,
возможно, и результат профессиональной беспомощности педагогов. Но у этой
беспомощности могут быть объективные причины. Например, массовость в
подготовке учителей отражается на их педагогическом уровне, что иногда
усугубляется недостаточно квалифицированным преподаванием в вузе. Кроме
того, в школах пока еще нет четкой программы воспитания, недостаточно
внедряются в практику идеи Сухомлинского, Шаталова, Иванова и других
педагогов.
Короче говоря, не угробим ли мы тему, взяв ее не с того конца - не с
причины, а со следствия? А если уж браться, то надо обнажать всю проблему,
главные "хранители" которой не две или три провинциальные школы, а Академия
педагогических наук, Министерство просвещения и соответствующие
научно-исследовательские институты. Факт, сообщенный в письме, - всего лишь
иллюстрация, и пока довольно туманная, не характерная, излишне
"периферийная". Возможно, факт надо сохранить на всякий случай, проверив его
с помощью элементарного телефонного звонка или "попутно", но специально
ехать в командировку только во имя проверки нет смысла, тем более что мы
теряем на этом "повороте темы" автора письма М-дова.
Вывод: даем отставку первому варианту как основному.
Вариант второй. Ход мыслей таков: "простой" участковый милиционер, а
из-за чего конфликт с руководством? Из-за того, что он вмешивается в дела
школьников и педагогов, в дела "базаркома", в работу с молодежью, наконец, в
кражи на стекольном заводе, к которым, будучи участковым, а не следователем,
не имеет прямого отношения. Иными словами, занимается явно "не своим делом",
берет на себя обязанности "не по должности". Что им движет в таком случае?
Характер? Непримиримость ко всему неправильному и незаконному? Почему и как
образовался подобный тип человека? Допустим, что профессия милиционера за
двадцать четыре года могла бы притупить у М-дова болезненное восприятие
несправедливости примерно так же, как может притупляться у врачей чувство
сострадания к больным и родственникам больного. но нет, конфликт М-дова с
руководством свидетельствует о том, что он "закалялся" в процессе работы, не
утратил непосредственности, сохранил даже какое-то наивно-пылкое отношение к
окружающей его действительности. Феномен? Или есть логика, есть
закономерность в становлении подобных человеческих характеров?
Это интересно. "Характер и профессия", "по должности или по сути" -
беря такой поворот темы, можно уделить основное внимание автору письма, его
психологии, биографии, исследованию его характера, мотивов его поступков,
как, впрочем, и психологии и мотивов его противников. Тогда придется по
винтику разбирать механизм рождения неравнодушного человека и поискать
истоки явления. Стало быть, надо будет заранее порыться в специальной
литературе и даже в художественной, чтобы вникнуть в мотивы и психологию
человека-борца...
Вывод: тема достойная, можно взять ее на вооружение.
Вариант третий. Как относятся к автору нашего письма те самые "18 тысяч
населения", что проживают на его участке? Как воспринимают люди борьбу