"Анатолий Афанасьев. Монстр сдох " - читать интересную книгу авторамелкую грызню. Вот же дал Господь характер. Скорпион позавидует.
- Давай, что ли, ближе к сути, - поморщился Сумской, но в очах блеснула скользкая усмешка. Суть у Шахова была такая. Кроме текущих незначительных вопросов, его интересовали финансовые дела Поюровского, его укрепы. Разумеется, доктор пользовался услугами банка "Заречный", причем на самых привилегированных условиях. Банк открыл ему два номерных счета в Женеве и в Мюнхене, помимо того, по специальному допуску вкладывал деньги в акции и ГКО. Нельзя исключить, что Поюровский подстраховывается еще где-то, но это вряд ли. Он доверял Борису Исааковичу, как маме родной, может быть, и напрасно. - Зачем тебе? - спросил банкир. Шахов объяснил, что доктор практически вышел из-под контроля, расширяется по собственному усмотрению и скоро, судя по всему, крупно проколется. Исключительно из уважения к Поюровскому, как к своему лечащему врачу, Шахов намерен немного попридержать его бурную деятельность, сбить угар. Поэтому ему необходимо точно знать, какими средствами тот оперирует. - На чем он проколется? - поинтересовался Сумской. - На всем сразу. Какой-то он стал шебутной, неуправляемый. Надо его остудить. Хорошо бы на некоторое время вообще заблокировать все его деньги. Это возможно? - Мне твой доктор никогда не нравился, - напомнил банкир. - Я тебе советовал, не связывайся с ним. Есть много способов честно заработать, зачем обязательно лезть в уголовщину. Он же авантюрист, ты прекрасно знаешь. - Кто из нас без греха, - улыбнулся Шахов. - У него большие проплаты. Ему придется влезать в долги, брать ссуды. На этом я его прижму. - Выйдет скандал. - Это мои проблемы. Ты останешься в стороне. - Не проще ли... - Ты не понял, Борис. Я не хочу его уничтожить. Надо, чтобы он умерил свои аппетиты и уразумел, кто хозяин. От него завоняло, но это поправимо. - Завтра пошлю ему уведомление, что валютные счета взяты на контроль чрезвычайной комиссией. Этого достаточно? - Не завтра. В субботу. - Почему в субботу? - Деньги понадобятся ему в понедельник. Борис Исаакович прошел к рабочему столу, нажал клавишу селектора: - Зина, кофе, и... - вопросительно посмотрел на Шахова. Тот кивнул, давай! - и чего-нибудь разогревающего, на твое усмотрение. Зиночка Петерсон, давняя пассия Шахова, пожилая вакханка из Вышнего Волочка, решила, что для важного гостя вернее всего подойдет коньяк "Наполеон", лимон и соленые груздочки, поданные в хрустальной вазочке. Пока устанавливала угощение на столе, Леонид Иванович по-хозяйски огладил ее пышный круп. Дама кокетливо отшатнулась. - Какой же вы, Ленечка, озорник! Ничуть не меняетесь. - А чего нам меняться, Зинок? Это твой шеф день ото дня все мрачнее. Никак, видно, денежки не пересчитает. Он хоть тебя трахает иногда? |
|
|