"Ян Чжу. Чжуанцзы " - читать интересную книгу автора

говорить о них - постятся, чтобы им предаться - преклоняют колени, чтобы
изобразить их - играют и поют. Что же тут поделать?
Поэтому для благородного мужа, [если он] вынужден взойти на престол,
лучше всего недеяние. Недеяние, а за ним - покой в природных свойствах. Ибо
тому, кто ценит свою жизнь больше, чем царство, можно доверить Поднебесную;
тому, кто любит свою жизнь больше царства, можно поручить Поднебесную. Если
государь способен не рассеивать свое внутреннее, не обнаруживать зрения и
слуха, возвышаться, [словно] Покойник, [то] взглянет [он, как] Дракон;
погрузится в молчание, а голос [его загремит, словно] гром; движению [его]
мысли подчинится природа. [Он предастся] безмятежности и недеянию, а
[окажется] связанным со [всей] тьмой существ. Разве у такого найдется досуг,
чтобы наводить порядок в Поднебесной?

Высоченный Боязливый {2} спросил Лаоцзы:
- [Если] не навести порядок в Поднебесной, как исправить людские
сердца?
- Будь осторожен! - ответил ему Лаоцзы. - Не тревожь человеческого
сердца! Стоит его низвергнуть - человек унизится, стоит возвысить - человек
возгордится. Так он и превращается то в раба, то в убийцу. Сердце может быть
нежным и слабым - и тогда ему не совладать с сильным и крепким; оно может
быть твердым словно резец и гранить драгоценный камень. Оно то вспыхнет
словно пламя, то станет холодным как лед. Оно меняется с удивительной
быстротой, успевает дважды побывать за всеми четырьмя морями, пока
презрительный взгляд сменится благосклонным.
В покое оно не дрогнет, точно пучина, в движении - устремится к
небесам. Оно своевольное, гордое, его не обуздать. Вот каково человеческое
сердце!
В старину Желтый Предок встревожил сердца милосердием и
справедливостью. А Высочайший и Ограждающий, чтобы воспитать [всех] в
Поднебесной, [так трудились, что у них] стерлись волоски на голенях {3} и
пушок на бедрах. [Они] надрывали [все] свои пять внутренних органов ради
милосердия и справедливости, отдавали кровь и дыхание, чтобы установить
законы и порядок, и все же не справились. И тогда Высочайший сослал [людей]
с Лошадью на Шишаке на Почитаемую гору, переселил Трех Мяо на [гору]
Треглавую, изгнал Ведающего Разливами {4} в Обитель мрака. [Но и] этим не
справился с Поднебесной.
Когда же пришло [время] царей трех [династий], Поднебесную объял ужас.
Появились презираемые: Разрывающий на Части и разбойник Чжи; появились
почитаемые: Цзэн [цзы] и Хронист [Ю], а еще появились конфуцианцы и монеты.
И тогда стали подозревать друг друга и в радости и в гневе, обманывать друг
друга и умные и глупые, порицать друг друга и добрые и недобрые, высмеивать
друг друга и лживые и правдивые, и Поднебесная стала приходить в упадок. В
свойствах появились различия, в [человеческой] природе наступило гниение и
разложение. В Поднебесной пристрастились к знаниям, и в поисках [знаний]
весь народ дошел до крайности. И тут пустили в ход топоры и пилы, стали
казнить по [плотничьим] отвесу и правилу, приговаривать с долотом и шилом,
ввергли Поднебесную в страшную смуту, и преступления стали тревожить людские
сердца. Поэтому-то достойные и скрылись под утесами великих гор, а государи,
владевшие тьмой колесниц, дрожали от страха в храмах предков.
Ныне же обезглавленные лежат друг на друге, закованные в шейные и