"Мэгги Дэвис. Аметистовый венец " - читать интересную книгу автора

исчезновение Эверарда посеяло и в них беспокойство. Сержант, во всяком
случае, не скрывал своей тревоги.
Всю эту ночь Констанс пролежала без сна. У нее сильно болел живот.
Обильная тяжелая пища, которую ей приходилось есть каждый вечер, пока
длились праздники, могла бы испортить самое хорошее пищеварение. И хотя она
находилась в своем уютном особняке на Хай-стрит, ее все равно тянуло домой,
где все было так знакомо и привычно.
Легла она поздно и до утра пролежала во тьме, прислушиваясь, как по
улицам бродят шумные толпы, и думая о своих маленьких дочерях. Причин для
забот и беспокойства у нее было предостаточно. Зима - время болезней, время
простуд, легочных заболеваний и оспы, и Констанс беспокоилась о том,
обеспечен ли ее девочкам надлежащий присмотр.
Она приподнялась, взбила подушки и улеглась вновь. Ничего
удивительного, что ей не спится. С тех пор, как она в Винчестере, если ей
все же удается заснуть, то снятся странные тревожные сны. Однажды ей,
например, приснилась маленькая валлийская колдунья, которую держали в
фургоне-клетке вместе с безумным жонглером Сенредом.
Живот все еще продолжал болеть. В комнате стояла кромешная тьма.
Служанки предпочитали спать на кухне или в коридоре внизу, и она была одна.
Констанс встала, сходила на горшок, но это не принесло ей никакого
облегчения. В спальне было холодно, пол, хотя и прикрытый овчинами, леденил
ноги. И куда, вот загадка, мог запропаститься Эверард? Она готова была выть
от досады.
Когда наконец ее сморил сон, ей приснился Сенред: одетый в пестрый
шутовской костюм, он прыгал и скакал по замороженным улицам Лондона,
всячески над ней издеваясь, обзывая ее грязными словами.

Прием в честь второго дня рождественских праздников устраивал граф
Харфорд. В собственном его дворце на Хай-стрит выступали борцы, фигляры,
плясуны и певцы, а затем и целая труппа канатоходцев-сарацин, которых
вывезли из Святой земли: их искусство пользовалось здесь большой
популярностью.
Граф, слегка покачиваясь от выпитого за целый день вина, подошел к
Констанс.
- Как вам нравятся мои язычники? Этим сарацинам мне пришлось выложить
кругленькую сумму, дорогая. Я привез их из Лондона.
Он оглядел зал, где собралось больше ста нормандских аристократов, и
наконец остановил свой взгляд на короле, который сидел рядом с Роджером,
епископом Солсберийским.
- Жаль беднягу, которому придется развлекать короля в последние дни
праздников. К этому времени все певцы и трубадуры отпоют и отпляшут свое, а
где будет взять новых?
Она с трудом изобразила улыбку. Ее желудок бунтовал при виде целого
зажаренного быка, внесенного пошатывающимися под его тяжестью слугами, блюда
с олениной, тушками голубей, кроликами и дичью, обложенными вареными
овощами. Что и говорить, еды было просто невероятное количество.
Констанс наблюдала за потными поварами и слугами, втаскивающими все
новые и новые блюда, и размышляла о том, как трудно придется винчестерцам
после окончания праздников. И в ее собственном поместье ощущался недостаток
еды после таких вот пиров.