"Дик Фрэнсис. Спорт королев" - читать интересную книгу автора

К счастью, есть специальный фонд, в который жокей платит определенный
процент из каждого гонорара, полученного за участие в скачках, и получает
еженедельно положенную сумму, если теряет из-за травмы трудоспособность.
Ирония судьбы заключается в том, что поскольку я провел очень много
заездов, то выплатил в этот фонд гораздо больше, чем могли бы быть взносы в
страховую компанию. Но меня радует сознание того, что я своими взносами
многим помогал быстро вернуться в седло.
Враг, который чаще, чем травмы, оставляет жокеев без работы, погода.
Тем, кому кажется, что у нас болезненная мания постоянно приникать к
приемнику, когда передают метеорологическую сводку, наверно, не знают, как
скачки зависят от погоды. К примеру, дожди не только разрушают надежды, но и
лишают лошадей формы. Фаворит, который на твердом грунте, вероятно, выиграл
бы скачку, на размокшей и расползшейся от дождя почве беспомощно скользит и
еле плетется.
Сезон стипль-чеза начинается первого августа и оканчивается в Духов
день, после Пасхи, но его пик приходится на период от октября до конца
марта, когда проходит Большой национальный стипль-чез. И каждую зиму мы
тратим дни и недели этих драгоценных шести месяцев, разглядывая в окно
замерзшую почву и желая перенести Британские острова на десять градусов
южнее.
К примеру, в 1955 году соревнования отменяли по таким причинам: снег,
мороз, туман, раскисший грунт и большие трещины на скаковой дорожке,
оставшиеся от летней засухи. В том же году Вустерский ипподром скрылся под
водой, заполнившей его на глубину пять футов из-за разлива реки Северн. И
таких неприятных для жокеев событий не перечесть.
Но больше всего раздражает, конечно, туман. Мороз и разливы рек, в
конце концов, явления вполне определенные. В девять утра бесстрастный голос
диктора, читающего новости, предупреждает вас, и не надо напрасно ехать на
ипподром. Но туман - явление такое подвижное и такое местное, что скачки
обычно не отменяют, пока не приходит время для первого заезда. Поэтому
приходится за час до начала соревнований, проехав иногда сотни миль,
появиться на ипподроме и узнать, что с трибун не видно ни скаковой дорожки,
ни барьеров. И если туман не собирается рассеиваться, то тащишься назад и
приезжаешь домой усталый, мрачный, с воспаленными от тумана глазами, легкими
и настроением.
Никогда нельзя с уверенностью сказать, состоятся соревнования или нет,
потому что туман очень капризен. Однажды в ноябрьский день, когда
метеорологи точно предсказали, что центральную часть Англии покроет густой
туман, мы медленно въехали в Уолверхемптон, улицы которого растворились в
желтовато-черном смоге. Каково же было наше удивление и восхищение, когда,
проехав еще две-три сотни ярдов, мы увидели, что над ипподромом вьются
легкие белые облачка и скачки, несомненно, начнутся вовремя. После их
окончания во второй половине дня почти прямо со стоянки машин мы снова
въехали в ночь, которая весь день продолжалась в Уолверхемптоне.
А как-то утром я приехал в Сендаун-Парк и под ярким апрельским солнцем
прошел в весовую. К моему удивлению, там было тихо и спокойно, никакой
обычной суеты.
- Туман, - объяснил гардеробщик.
- Туман? - Я ошеломленно посмотрел в окно и увидел голубое небо.
- Пойдите взгляните на скаковую дорожку, - посоветовал гардеробщик.