"Дик Фрэнсис. Спорт королев" - читать интересную книгу автора

получают от удачно сделанных ставок в тотализаторе. Казалось бы, тренер
ближе всех к лошади, и кому же, как не ему, знать ее возможности. Но, видя
мрачное выражение тренеров, потерпевших поражение и, следовательно,
потерявших деньги, приходишь к мысли, что они склонны преувеличивать шансы
своих бессловесных партнеров.
Когда я перестал участвовать в скачках как жокей, необходимость играть
в тотализаторе, чтобы добывать средства к существованию, отпугнула меня от
тренерской работы. Ведь я никудышный игрок. Меня не нужно было запугивать
лишением жокейской лицензии, чтобы держать подальше от букмекеров и
тотализатора: в моем случае это все равно что просить человека, ненавидящего
виски, не пить.
Над спокойствием и процветанием тренеров, будто грозовые облака на
горизонте, нависают две угрозы: первая - приводит в ярость, но быстро
проходит, вторая - действует долго и беспощадно. И причина обеих в
бесчестности.
Несколько тренеров, большинство владельцев и тысячи посетителей
ипподромов убеждены, что жокеев постоянно подкупают, чтобы они проиграли
соревнование. Стоит кому-то вдруг решить, что жокей "осадил" лошадь, как
словечко моментально расходится, будто круги на воде, и несчастный парень
неожиданно узнает, что у него отобрали лошадей, с которыми он постоянно
работал. Никто не хочет понять, что ему просто невыгодно принять взятку,
какой бы большой она ни была, потому что он теряет репутацию, постоянную
работу, а иногда и жокейскую лицензию.
Ирония судьбы заключается еще и в том, что некоторые жокеи за свою
честность расплачиваются работой. Бывают случаи, когда владелец отказывается
от услуг жокея только потому, что тот не проиграл скачку, которую владелец
велел ему проиграть.
Меня только однажды пытались подкупить, чтобы я проиграл скачку. Дуглас
тогда тренировал лошадей в Бангер-он-Ди, а я приехал к нему, потому что
завтра мне предстояло работать с одним из его скакунов. Раздался телефонный
звонок, поговорив, Дуглас вернулся с широкой ухмылкой.
- Нам только что предложили по пятьдесят фунтов каждому, чтобы завтра
наша лошадь не пришла первой.
- И что ты сказал?
- Посоветовал отправиться к черту.
Тренер может проиграть одну скачку, потому что имел несчастье быть
обманутым жокеем. Но если он и дальше будет прибегать к услугам этого
нечестного человека или любого другого жокея, известного своей склонностью к
жульничеству, то такой риск уже граничит с глупостью. Но, с другой стороны,
с трибуны нельзя увидеть, с какими трудностями столкнулся жокей, и,
возможно, то, что кажется мошенничеством, на самом деле единственный способ
довести заезд до победного конца. Попытка "осадить" лошадь и вправду должна
быть вопиющей, чтобы ее можно было доказать.
Вторая угроза, которая постоянно мучает тренеров, - допинг. Эту
проблему постоянно обсуждают, но удовлетворительного решения пока не
найдено, хотя, по старым правилам, тренер автоматически лишался лицензии,
если в слюне его лошади находили какие-либо наркотические средства. Эти
правила были изменены, потому что стало несомненным, что невинные тренеры
страдают не меньше, чем виновные. Но и сейчас никто не гарантирован от
несправедливых решений. Очень трудно, почти невозможно доказать, давал ли