"Дик Фрэнсис. Спорт королев" - читать интересную книгу автора

тренер лошади допинг или нет. Судьба его лицензии полностью зависит от
доверия, которое питают (или не питают) к нему стюарды, ведущие
расследование.
- Если я поехал на одно соревнование, а лошадь послал на другое, -
сказал как-то Фрэнк Канделл, - и там кто-то предложил моему конюху сто
фунтов за возможность побыть пять минут наедине с лошадью, то меня признают
виновным в том, что я дал ей допинг, и я потеряю все, на что ушли годы
жизни.
Для того чтобы обезопасить лошадей (впрочем, и тренеров тоже), сейчас
на ипподромах введены строжайшие ограничения: доступ посторонним в конюшни
запрещен, и все конюхи обязаны показывать пропуск с фотографией, прежде чем
войти в бокс. Но никакие строгости не могут помешать конюху дать, к примеру,
лошади ведро воды перед заездом, а этого вполне достаточно, чтобы она пришла
последней.
Мне всегда казалось бессмысленным подозревать тренера в том, что он дал
своему скакуну допинг, чтобы тот проиграл. Ведь вся жизнь тренера посвящена
одной цели - победить на скачках, зачем же ему идти на такой риск, чтобы
свести на нет собственную работу.
Другое дело, когда лошади дают допинг, чтобы она победила, потому что
для такого вида мошенничества необходимы специальные знания. Допинг надо
дать в исключительно точное время, а это может сделать только тренер.
Мне дважды пришлось работать с лошадьми, которым, уверен, давали
допинг, чтобы они пришли первыми.
Первый случай оставил у меня ужасное впечатление. Еще в паддоке лошадь
брыкалась, вставала на дыбы, глаза у нее почти выкатились из орбит, изо рта
шла пена. Она, как слепая, неслась прямо на первый барьер, будто его там не
было. На этом наше партнерство закончилось. Но несчастное животное вскочило
на ноги и умчалось куда-то, не разбирая дороги. Позже ее нашли в десяти
милях от ипподрома, к счастью для тренера, потому что у нее не смогли
вовремя взять слюну на анализ. Этот случай хороший пример того, как трудно
манипулировать с допингом, когда имеешь дело с лошадью. Видимо, тренер не
нашел никого, кто мог бы посоветовать ему правильную дозу, а это не такой
вопрос, какой задашь первому встречному. Должно быть, моя кобыла в тот день
получила сокрушительную порцию.
Вторая лошадь не была так явно стимулирована к победе, хотя я заметил
признаки взбадривающего допинга. Она всего дней десять как поменяла конюшню,
и новый тренер не знал, что я уже несколько раз работал с ней в прошлом и
имел возможность убедиться, что она ненавидит скачки. Некоторые считают, что
такие животные прекрасный объект для допинга, потому что он заставляет их
бежать много быстрее, чем в нормальном состоянии. Но допинг ничего не
добавит лошади, которая физически не способна к высокой скорости.
Но в тот день лошадь показала чудеса скорости и легко выиграла. Потом
мне пришлось с ней работать еще раз, и она ничем меня не удивила: не получив
допинга, она лениво тащилась всю дистанцию, начинала в фаворитах, а пришла
почти последней.
Когда я начинал работать для Кена Канделла, у него было очень много
скакунов и всего несколько лошадей для гладких скачек, у Фрэнка же,
напротив, в основном были только бегуны. Но три года спустя они поменялись
ролями, и я почти незаметно поменял конюшню. Мы все еще жили в доме Кена, я
работал с его лошадьми и выполнял другие его поручения, но все же