"Иван Александрович Гончаров. Публицистика (ППС том 1)" - читать интересную книгу автора

кондитерская! Посмотрите! мы можем там подкрепить себя пищею и отдохнуть.


59

- Да, тут пирожного и малаги вдоволь, - отвечал я, взглянув на вывеску,
которой обрадовалась Зурова, и прочел: - "Здесь приуготовляют кушанье и
чай".
- Это не кондитерская, - с радостным трепетом произнесла Зинаида
Михайловна, - тут есть кушанье и чай.
- А может быть, и шоколад! - примолвила Марья Александровна.
- Прекрасно! - воскликнули все. Мужчины обрадовались потому, что
надеялись найти закусить, а дамы не знали, что заведение под этой заманчивой
вывеской была харчевня, об которой они не имели никакого понятия. - Дождь
принялся изливаться обильными струями, и мы поспешили под благодетельный
кров. Было еще очень рано; в харчевне все спали, а потому нам стоило
большого труда разбудить хозяев. Наконец дородный плешивый мужичок в красной
рубашке отпер двери и остановился от изумления, встретив посетителей
необыкновенного калибра. Он долго был в нерешимости, пускать ли, но узнав от
нас причину неожиданного посещения, с шумом и низкими поклонами растворил
обе половинки.
Не берусь описывать внутренность подобного заведения, потому что для
этого недостаточно одного беглого взгляда, а до тех "пор" я никогда не
проникал туда, хотя, с того времени как дамы (и какие дамы: Марья
Александровна, Зинаида Михайловна!) стали посещать подобные заведения, мне и
подавно не стыдно бы было признаться в этом. Но, к сожалению, я не лгу.
Впрочем, всякий, кто любит бродить по петербургским улицам, более или менее
имеет понятие о харчевнях, потому что они располагаются большею частию в
нижних этажах, даже подвалах, и не представляют никакой преграды любопытному
взору. Кому мимоходом не бросались в глаза занавески на окошках из розового
или голубого коленкора? Если вы взглядывали с улицы прямо в дверь, то верно
видели в глубине комнаты огромный стол, уставленный штофиками,
карафинчиками, тарелками с разной закуской, и за этим столом бородатого
Ганимеда; если в воскресный день смотрели в окно, то верно замечали пирующих
друзей, лица которых пылали, как освещенные переносным газом; а хохот, песни
и орган уведомляли вас, что вы недалеко от храма утех. "Кто же обычные
посетители?" - спросите вы. Недогадливый читатель! неужели не случалось вам,
по выходе из театра


60

или из того места, где вы оставляли сердце до следующего вечера,
неужели - говорю - не случалось подходить к бирже и заставать только одних
лошадей с пустыми санями? И когда вы вскрикивали: "Извозчик!" - то, помните
ли, вдруг трое или четверо выскочат неведомо откуда. Итак, если случалось,
что они выскакивали перед вами, то это из харчевни. Или - отчего хозяин
мелочной лавочки, против которой вы живете, часто отлучается, оставляя
торговлю в руках мальчика? Оттого что по соседству есть харчевня. А
отставной офицер с просительным письмом, которого никогда никто не читает,