"Иван Александрович Гончаров. Публицистика (ППС том 1)" - читать интересную книгу автора

получив от вас пособие, куда идет? Туда же. По недостатку наблюдений и
опытности в этом случае, я не мог собрать довольно фактов и изложить их
обстоятельнее; впрочем, не должно отчаиваться: слухи носятся, что два
плодовитые писателя, один московский, а другой санктпетербургский, О-в и
Б-н, обладающие всеми нужными сведениями по этому предмету, который они
исследовали практически, давно готовят большое сочинение.
К сожалению, в ранний час, в который мы попали в харчевню, не было
публики, а потому мы и не могли ознакомиться ни с обычаями этого заведения,
ни с образом мыслей и склонностями посетителей. Особенно я сокрушаюсь за
дам: горизонт их наблюдений и без того так тесен; а они тут лишились, может
быть, единственного случая запастись надолго свежими и разнообразными
впечатлениями.
- Пожалуйте-с! пожалуйте-с! сюда, в гостиную! - говорил хозяин, вводя
нас в грязную низенькую комнату, увешанную портретами, которые имели
странное достоинство - представлять одно и то же лицо под видом разных особ.
- Боже мой! куда мы попали? - воскликнули дамы и попятились назад, но
назади замыкала выход фаланга голодных мужчин под предводительством
Тяжеленки, а потому, волею или неволею, дамы вошли.
- Чего прикажете-с? Что угодно-с? - продолжал услужливый мужичок. - У
нас все есть. Не извольте думать об нашем заведении, что оно, примерно
молвить, какое-нибудь мужицкое. Извозчиков вовсе мало; гости все хорошие;
вот, примерно, бывает камердинер из генеральского дома, такой степенный
кавалер, с часами! а теперь и вас Бог принес. Милости просим вперед! Мы
таким гостям ради-с.


61

Алексей Петрович прервал его:
- Нам есть и пить хочется.
- Все можно-с.
- Нельзя ли сварить шоколаду? - спросила Марья Александровна.
- Нет-с; щикаладу не держим.
- Ну, кофе?
- Кофий отличнейший; только сливочек негде взять: раненько изволили
пожаловать; с Охты молочница не бывала.
- Что же есть?
- Водка чудеснейшая, всех сортов. Пирожок можно испечь, наивкуснейший,
с подливочкой аль с вареньицем. Печенка свежая, студень, баранина - все
есть-с!
Как он ни хвастался обилием, но никто из нас не решился дотронуться до
предлагаемого: только Тяжеленко обласкал окорок черствой ветчины, а прочие
напились чаю.
Пробыв часа полтора, мы наконец вырвались из области неудобств,
беспокойств и подобных приключений, переехав благополучно мост, который
между тем навели. Я вздохнул свободнее. "Теперь не скоро поедут опять, -
думал я, - эта поездка и моя речь, вероятно, сильно подействовали на них". В
том месте, где нам с Тяжеленкой следовало отстать от Зуровых и ехать домой,
Алексей Петрович велел кучеру остановиться и вылез из шарабана.
- Я и жена имеем до вас покорнейшую просьбу, - сказал он.