"Марк Соломонович Гроссман. Птица-радость (Рассказы о голубиной охоте) " - читать интересную книгу автора

В соседней небольшой комнате, в фанерном чемодане без крышки,
помещались две пары голубей. Чемодан был разделён посередине картонной
перегородкой.
- Вот, - сказал профессор, прибавив фитилёк в лампе, - синие почтари,
из Ленинграда привёз. Знаете, что такое почтари, молодой человек?
- Минуту, - сказал я, посмеиваясь, и взял одну из птиц в ладонь. -
Так. Ясно. Это голубка. Ей полтора года. Она не чистых почтовых кровей.
Очевидно, один из её родителей был простым голубем белого или жёлтого
цвета. Объяснить, по каким признакам?
- Фенечка, - удивлённо произнёс профессор, - этот молодой человек
начинает мне нравиться.
И мы втроём уселись тут же, около фанерного чемодана, и стали
рассказывать друг другу всякие истории из жизни голубей. Я рассказал об
Орлике, о Кирюхе, о голубке Туманное Утро, спасшейся от ястреба на моём
плече, о Девочке с бантиком, находившей дом в ночной темноте. Потом
спросил профессора:
- Сергей Романыч, что делают ваши голуби полярной ночью?
Это был не праздный вопрос. Дело в том, что полярная ночь вовсе не
означает полной двухмесячной тьмы, как это представляют себе многие. Два
месяца на небе нет солнца, но его приближение, особенно к концу этого
срока, ощущается всё явственнее. Сначала это похоже на поздние сумерки в
средней России, затем - на белые ночи Ленинграда, и, наконец, ночь
превращается почти в день, только в день пасмурный и не очень приветливый.
И вот на несколько минут выглядывает солнце.
Профессор выпускал своих голубей на воздух, как только появлялись
"световые прогалинки", и постепенно увеличивал срок прогулок. Всё
остальное время птицы находились дома.
- Я решил, - продолжал профессор, - использовать с наибольшей выгодой
время вынужденного затворничества моих птиц. Пусть они в это время кладут
яйца и выводят птенцов. Тогда летом, когда наступит двухмесячный полярный
день, у них останется больше времени на прогулки и игры...
Сделать это было сравнительно нетрудно. Старики хорошо отапливали
комнатку и создали в ней ту температуру, при которой голуби обычно кладут
яйца. Здесь также постоянно горел свет. И обе голубки снеслись, совсем не
подозревая, что за окнами домика трещат морозы и стоит ночь.
Я полюбопытствовал:
- Федосья Павловна, дружно они у вас живут, голуби?
Старушка улыбнулась и хитро посмотрела на мужа. И улыбка и взгляд
говорили: "Сам знает, а спрашивает!" Потом заметила:
- Иным молодым людям не мешало бы у голубей верности поучиться.
Ей-богу, молодой человек. Нет, нет, вы не конфузьтесь, это я вас к слову
молодым человеком назвала. А так, что ж, действительно у этих птичек
славные, верные сердца. Смотришь на них иной раз и думаешь: так-то живут
душа в душу, так-то уж любят друг друга - лучше некуда. И радуешься, что
ты этим птичкам даёшь возможность жить и любиться, детишек пестовать.
Верно, Серёженька?
Профессор пожал плечами: "Женщина - и разговор у неё женский". Но я
отлично видел, что Сергей Романович совершенно согласен с женой.
- А вот наступит тёплое время, - поблёскивая глазами, сказал
профессор, - приедут ко мне люди с Большой земли - студенты, геологи,