"Том Холланд. Спящий в песках " - читать интересную книгу автора

плохо представляя себе, что делать дальше, но, уже приближаясь к гробнице,
услышал голос Дэвиса и замер на месте. Меня словно запорошило белой пылью
усталости и апатии: не в силах заставить себя встретиться лицом к лицу со
своим бывшим патроном, я повернулся и решительно зашагал прочь. Солнце уже
раскалило каменистую тропу, колени мои подгибались, голова кружилась от
духоты. Окружающий пейзаж был виден сквозь марево дрожавшего от жары
воздуха, но стократ хуже зноя было отчаяние.
"Теперь мне уже ничего не найти, - думал я. - Так зачем же тогда
продолжать поиски? Ради чего?"
Отшагав несколько миль до своего временного прибежища - запущенной
комнатушки в самой задрипанной гостинице этою городка, - я, усталый,
вспотевший, покрытый с ног до головы пылью, не утруждая себя умыванием и
раздеванием, подошел к кровати, отдернул простыню и...
Ожидал ли я увидеть это? Наверное, да - иначе как объяснить мою
реакцию, напрочь лишенную малейших признаков удивления? Я поднял амулет -
знакомый амулет с изображением солнца, - некоторое время рассматривал его, а
потом уронил на пол.
Не успела вещица упасть, как меня охватило странное дремотное
состояние. Мне уже трудно было отличать реальность от сновидения. Правда,
самому мне казалось, что я бодрствую. Откровенно говоря, в такую жару
практически невозможно заснуть как следует. Тем не менее, учитывая мою
крайнюю усталость и усугубленное жарой лихорадочное возбуждение, утверждать
что-либо наверняка я бы не решился.
Другое дело, что рельефы, вдруг проступившие на стенах убогой каморки,
были восприняты мною как нечто вполне реальное. Выполненные в гротескной
манере эпохи правления Эхнатона образы усопших на моих глазах обрели объем и
выступили из штукатурки. Их непропорционально большие головы качались на
длинных тонких шеях, пухлые губы кривились в идиотских ухмылках. Вскоре их
руки, удлинившиеся до сверхъестественных размеров, потянулись к моей
постели...
В какой-то момент до меня все же дошло, что все это не более чем сон
или, хуже того, бред. Усилием воли я заставил себя открыть глаза. Чудовищные
видения рассеялись. В первое мгновение мне показалось, что комната пуста,
однако почти сразу я увидел какую-то фигуру, неподвижно стоявшую в изножье
моей кровати. Мы встретились взглядами. Странный гость во многом походил на
только что приснившихся мне людей: та же непомерно большая голова, те же
слишком тонкие руки и ноги. От прочих его отличала лишь венчавшая чело
двойная корона фараона Египта, а еще улыбка - не злобная и алчущая, а
открытая и, я бы даже сказал, несколько смущенная. Потом фараон исчез. Я
снова зажмурился, а когда разомкнул веки, то на месте царственного призрака
увидел совсем другого человека.
Которого, несмотря на сумрак, узнал сразу.
- Ты пришел убить меня, как убил моих птиц? - спросил я.
Незваный гость ответил не сразу. Лишь когда я зашевелился, а потом сел,
он заговорил, словно опасаясь, что, не получив ответа, я вскочу на ноги.
- По собственной воле я не причинил зла ни одному живому существу, -
тихо промолвил загадочный незнакомец.
В его усталом голосе прозвучало такое отчаяние, что я растерянно замер
на месте. Мне было трудно поверить, что эти слова, да еще с идущей из
глубины души искренностью, произнесены человеком, напавшим на меня,