"Ольга Ларионова. Выбор (Журнал "Аврора")" - читать интересную книгу автора

Ольга Ларионова.

Выбор

-----------------------------------------------------------------------
Журнал "Аврора".
OCR & spellcheck by HarryFan, 29 August 2000
-----------------------------------------------------------------------


Кротко, по-больничному, звякнул сигнал вызова - словно котенок задел
лапкой по звонку. Дан усмехнулся, хрустнул суставами, подымаясь, потом
схватился за никелированную спинку своей кровати и выжал на ней
великолепную стойку. Только после этого он оторвал левую руку от холодной
металлической дуги и ткнул пальцем в кнопку приема, не потеряв при этом
равновесия.
Флегматичный лик доктора Сиднея Дж.Уэды воссиял на оливковом экране.
Некоторая экстравагантность позы пациента отнюдь не удивила врача. Он
слегка наклонил голову и стал ведать, кому надоест первому.
Диаметр спинки был предательски мал - на одной руке долго не
продержишься. Дан спрыгнул на пол.
- Вот так-то лучше, - удовлетворенно констатировал Сидней Дж.Уэда. - А
теперь можешь зайти ко мне в кабинет.
Дан тоскливо вздохнул.
- На выписку, - сжалился врач.
Дан рванулся к двери, скатился кубарем вниз по лестнице и через
шестнадцать секунд был уже у него в кабинете.
Как это бывает при неожиданной встрече однокашников, которые
по-настоящему никогда не дружили и тем более никогда по-настоящему не
ссорились, они узнали друг друга с несколько преувеличенным восторгом
(Сидней - когда Дана Арсиньегаса в тяжелом шоковом состоянии доставили к
нему в донорскую клинику - и в общем-то напрасно доставили, могли просто в
госпиталь; Арсиньегас - когда открыл глаза и понял, что он уже не в
гидромобиле последней собственной конструкции, а в больничной палате, до
которой он допрыгался-таки в своем отвращении к роботам-испытателям). Оба
действительно обрадовались, но к этой радости не примешивалась непременная
грусть, которая сопутствует встрече настоящих друзей, разлученных на
долгие годы. Они вспомнили свои школьные прозвища, традиционные шуточки,
которые были в ходу у них в классе; оставаясь вдвоем, они вольно или
невольно говорили и вели себя так, словно все еще были выпускниками
двенадцатого класса.
С Даном ничего страшного не произошло: так себе - шок, неинтересно даже
для только что прибывших практикантов. Школьные товарищи снова
расставались, и по одному виду Дана было ясно, что, несмотря на общество
Сиднея, донорская клиника изрядно осточертела ему.
Между тем доктор Уэда вытащил из-под плекса, покрывающего стол,
здоровенную негнущуюся перфокарту, лихо развернулся на кресле-вертушке и
набросил карту на крошечный стендовый столик, как дети бросают кольца
серсо.
Карта четко влепилась в стенд, и тот послушно отреагировал залпом