"Марио Варгас Льоса. Город и псы " - читать интересную книгу автора

наводит порядок или беспорядок, медленно, размеренно. Он проводит рукой по
волосам, приглаживает их, проверяет пальцем, на месте ли пробор. Вынимает
платок, вытирает лоб и губы. Одергивает рубашку, поднимает ногу, вытирает
носок ботинка обшлагом брюк; потом поднимает другую ногу. "Войду, подам им
руку, улыбнусь: "Я на минутку, простите, Тереса, пожалуйста, мои два
письма, - вот твои; тихо ты, Холуй, после поговорим как мужчина с мужчиной,
зачем заводиться при ней? Ты мужчина или кто?"" Альберто стоит перед домом,
три цементные ступеньки отделяют его от двери. Он прислушивается и ничего не
слышит. А все-таки они там - тонкая полоска света обрамляет дверь, и
несколько секунд назад что-то - может, воздух - легко коснулось его, словно
чья-то рука искала опоры. "Приеду в машине с открытым верхом, в американских
ботинках, в белой рубашке, в кожаной куртке, в шляпе с красным пером, с
дорогой сигаретой в зубах; посигналю: "Эй, садитесь, я вчера из Штатов;
прокатимся, заходите ко мне в Оррантию, познакомитесь с женой, американка,
снималась, знаете ли; мы поженились в Голливуде, когда я получил диплом,
заходите, садись, Холуй, садись, Тереса, радио включить?""
Альберто стучится дважды, второй раз сильнее. Через несколько секунд на
пороге возникает женский силуэт, безликий и безголосый. Свет, падающий из
комнаты, едва освещает плечи и начало шеи. "Кто там?" - говорит она.
Альберто не отвечает. Тереса отклоняется влево, и прямо в лицо ему ударяет
поток несильного света.
- Здравствуй, - говорит Альберто. - Я хочу с ним поговорить. Это очень
важно. Позови его, пожалуйста.
- Здравствуй, Альберто, - говорит она. - Я тебя не узнала. Заходи. Ну
заходи. Я даже испугалась.
Он входит и подчеркнуто мрачно оглядывает пустую комнату; занавеску,
разделяющую комнаты, сдвинул ветер, видна широкая неприбранная кровать, а
рядом другая, поменьше. Лицо его смягчается. Он смотрит назад. Тереса
запирает дверь, спиной к нему. Он видит, что, прежде чем обернуться, она
быстро приглаживает волосы и расправляет складки на юбке. Вот она стоит
совсем близко. И вдруг он понимает, что лицо, столько раз встававшее перед
ним за эти недели, было гораздо четче, строже того лица, что он видит
сейчас, или видел тогда, в кино, и за дверью, когда они прощались. Лицо у
нее робкое, глаза глядят испуганно, ускользают, мигают, словно их слепит
летнее солнце. Тереса улыбается; ей, кажется, не по себе - она сжимает и
разжимает руки, опускает их, трогает стену.
- Я сбежал, - говорит он. Краснеет и опускает взгляд.
- Сбежал? - Тереса открыла рот, но больше не говорит ничего, только
смотрит и смотрит; руки снова сцеплены, они совсем близко, в нескольких
сантиметрах. - Что случилось? Рассказывай. Да ты садись, тети нет дома.
Он поднимает голову и говорит:
- Холуй у тебя?
Она смотрит на него широко открытыми глазами.
- Кто?
- Ну, Рикардо Арана.
- А! - говорит она вроде бы спокойно и улыбается снова. - Мальчик,
который живет на углу.
- Он к тебе пришел? - настаивает Альберто.
- Ко мне? - говорит она. - Нет. А что?
- Скажи мне правду, - громко говорит он. - Зачем ты врешь? То есть... -