"Марио Варгас Льоса. Город и псы " - читать интересную книгу автора

уходившую на север, туда, откуда он приехал в Лиму, и ему хотелось
заплакать, закричать. Он вспоминал, как тетя Адела возвращается из лавки, и
подходит к нему, улыбаясь, и говорит: "А ну, угадай, что я тебе принесла", и
вынимает из сумки кулечек конфет или шоколадку, и он вырывает гостинец у нее
из рук. Он вспоминал, как светло и солнечно было весь год на улице, как
тепло, как уютно, как весело по праздникам; вспоминал прогулки на пляж, и
мягкий желтый песок, и чистое-чистое небо. Потом поднимал глаза - все серое,
небо обложено, ни одного просвета. Он медленно шел домой, как старик, волоча
ноги. "Вырасту, - думал он, - вернусь в Чиклайо. И никогда не приеду в
Лиму".

VIII

Лейтенант Гамбоа открыл глаза. Неверный свет фонарей, освещавших плац,
сочился в его окно; небо было черное. Через несколько секунд зазвенел
будильник. Лейтенант вскочил, ощупью нашел полотенце, мыло, зубную щетку и
электрическую бритву. В коридоре и в ванной было темно. В соседних комнатах
стояла тишина - как всегда, он встал первым. Когда через пятнадцать минут он
возвращался к себе, умытый и выбритый, зазвенели другие будильники. Начинало
светать: вдалеке, за желтоватым сияньем фонарей, занимался голубой слабый
свет. Лейтенант неторопливо оделся. Потом вышел. На этот раз он пошел к
проходной не через казармы, а двором, по воздуху. Было еще прохладно, а он
не надел кителя. Часовые приветствовали его, он отвечал. Дежурный офицер,
лейтенант Педро Питалуга, прикорнул на стуле, подперев голову руками.
- Смир-рно! - крикнул Гамбоа.
Офицер вскочил раньше, чем открыл глаза. Гамбоа засмеялся.
- А, чтоб тебя! - сказал Питалуга и сел. Он поскреб в затылке. - Я уж
думал, это Пиранья. Совсем замучился. Который час?
- Скоро пять. У тебя есть сорок минут. Маловато. Ты зря пытаешься
заснуть. Так хуже.
- Знаю, - сказал Питалуга и зевнул. - Не по уставу.
- Да, - улыбнулся Гамбоа. - Только я не к тому. Когда сидя поспишь,
потом все тело ломит. Самое лучшее - что-нибудь делать. И не заметишь, как
время пройдет.
- А что делать? С солдатами разговаривать? "Так точно, сеньор
лейтенант, никак нет, сеньор лейтенант". С ними не соскучишься. Им только
слово скажи - сразу попросят увольнительную.
- Я на дежурстве занимаюсь, - сказал Гамбоа. - Ночью заниматься лучше
всего. Днем я не могу.
- Ясно, - сказал Питалуга. - Ты у нас образцовый. Да, кстати, чего ты
вскочил в такую рань?
- Забыл? Сегодня суббота...
- А, ученья! - вспомнил Питалуга и протянул сигарету. Гамбоа покачал
головой. - Хорошо, хоть я на дежурстве, идти не надо.
Гамбоа вспомнил военную школу. Они с Питалугой были в одном взводе.
Питалуга учился средне, но стрелял превосходно. Однажды, на годовых
маневрах, он прыгнул верхом на коне в реку. Вода доходила ему до плеч, конь
ржал от страха, ребята кричали: "Вернись!", но Питалуга одолел теченье и -
весь мокрый, счастливый - выбрался на тот берег. Капитан, их начальник
курса, похвалил его перед строем, сказал: "Молодец!" А теперь Питалуга ноет,