"В.Лобас. Желтые короли (Записки нью-йоркского таксиста)" - читать интересную книгу автора

счетчик клацнул - взвилась:
- Сейчас же убери эти 65 центов! Он еще за руль не сел, а я уже должна
ему чуть ли не доллар. Я не собираюсь платить эти деньги. Ты все подстроил!
- Что я "подстроил"? Счетчик включается автоматически.
- Посмотрите на него - "автоматически"! У меня племянник в полиции
служит, он тебе покажет!
Проучить старуху несложно. Можно кликнуть людей, застыдить, довести до
слез. Тем более, она этого заслуживает. Но сколько нервов у меня вымотает
свара? Разве не лучше обратить все в шутку:
- Леди, прошу вас, не жалуйтесь на меня в полицию!..
- Отберут у тебя права, тогда будешь знать! - гордо подняв голову,
она удаляется.
Смешно получилось? Не очень...
Съесть бублик я остановился не потому, что был ужасно голоден (вполне
можно было еще потерпеть), а потому, что уже минут пятнадцать не мог найти
работы. Ел я минуты три, еще две занял эпизод со старухой. 65 центов я
потерял. Если следующий пассажир сядет в мой кэб минут через десять, сколько
за этот час я заработаю?
Впрочем, ссоры с пассажирами происходили не чаще, чем раз в неделю. На
какой работе, в каком обществе один из ста встреченных вами людей не
доставит вам неприятностей? К тому же во многом я виноват сам. Сколько раз я
себе говорил: не подбирай тех, кого не берут другие таксисты. Они ведь лучше
знают. И зарекался, и клятвы себе давал, но какой-то бес все толкает и
толкает меня: если кто-то в твоем присутствии незаслуженно обижает человека,
игнорирует его, неужели и ты тоже должен его не замечать?
Не будем, однако, преувеличивать ни свои горести, ни свои добродетели.
Пассажиры, которых заведомо не следовало впускать в кэб, отнимали у меня не
так уж много времени: ну час, ну два в день, не больше. Почему же в
остальные часы я не мог наверстать упущенное?
Хоть кровь из носу - мне необходимо было доискаться: как же все-таки
кэбби делает деньги? Вот за этим, а не только за "легкой" двадцаткой: за
пассажиром из аэропорта в город - ездил я на рассвете в Кеннеди. Там, на
стоянках, я общался с таксистами, я - учился... 3.
Как и любое другое место, где мы привыкли видеть скопление публики,
впервые увиденный безлюдный аэропорт, как безлюдная, скажем, станция метро,
вызвал смутное ощущение тревоги. Проехав мимо нескольких пустых полутемных
вокзалов, мимо пустых стоянок такси, я оказался перед небольшим,
напоминавшим своими очертаниями полумесяц, загоном, наполовину заставленным
желтыми кэбами, свернул туда и пристроился за машиной, у которой были
включены мигающие аварийные огни. В таксистской очереди это означает- "Я
последний".
Выйдя из чекера и осмотревшись, я почувствовал себя как бы не в своей
тарелке: все собравшиеся на этой стоянке кэбби были черные. Решив, однако,
вести себя как ни в чем ни бывало, я подошел к группе водителей, громко
разговаривавших на каком-то незнакомом языке. Когда я приблизился, они
потеснились: мне дали место в общем кружке. Я поздоровался, и мне ответили,
а тот, кто говорил, переключился на английский.
Речь шла о том, что происходит с таксистами здесь, в "Кеннеди", когда,
возвращаясь в Нью-Йорк после отпуска, они превращаются в пассажиров и
становятся добычей своих собратьев по бизнесу. Оказывается, самое веселое