"Амос Оз. Рифмы жизни и смерти" - читать интересную книгу автора

получилось, что в наших отношениях наступил перерыв, но теперь мы снова
вместе, и все тут, и Люси просила передать тебе, что она совсем на тебя не
сердится, ноу хард филингз.[1] Ты еще увидишь, гогог, что пройдет время и ты
потихоньку успокоишься, забудешь нашу историю, найдешь себе кого-нибудь, кто
будет подходить тебе больше, чем я, поскольку ты действительно достойна
самого лучшего, что только может быть. А самое главное, что и у меня, и у
тебя, гогог, останется только сладость во рту..."
Греческое блестящее платье Рики в конце концов подарила одной из своих
двоюродных сестер, а купальник "микро" засунула глубоко в ящик, под
принадлежности для шитья, а потом и вовсе забыла его там. Мужчины не могут
иначе, такова их природа, просто они так неудачно устроены - и все тут. Но,
по ее мнению, женщины не намного лучше, и поэтому любовь - это то, что почти
всегда, так или иначе, но кончается плохо.
Чарли... Он уже давно не в команде "Бней Иехуда". Теперь у него семья,
трое детей. И он владелец завода в Холоне, производящего солнечные бойлеры.
Говорят, что он экспортирует свои бойлеры на палестинские территории и на
Кипр. А Люси? С ее худыми ногами? Интересно, что с ней произошло в конце
концов? И ее тоже Чарли просто выбросил после того, как попользовался? Если
бы у меня был ее адрес или телефон и если бы мне хватило мужества, я бы
разыскала ее. Выпили бы вдвоем кофе. Поговорили бы. Возможно, мы бы даже
стали подругами? Странно, он мне сейчас совершенно безразличен, а она - не
совсем. О нем я вообще не думаю, не испытываю к нему даже презрения. А вот о
ней я все-таки иногда думаю - может, потому, что теперь она в чем-то стала
немного походить на меня. Интересно, ее он тоже называл в постели "гогог"?
Так же смеялся и проводил между ее губами - туда-сюда - кончиком носа? Так
же не спеша, постепенно, нежно, вместе с нею, ее же рукою открывал тайны ее
тела?.. Если бы мне удалось отыскать ее, мы бы, возможно, поговорили об этом
и постепенно подружились.
Между девушкой и мужчиной дружба - вещь совершенно невозможная. Если
вспыхнула между ними искра, то уже не может быть никакой дружбы. А если нет
этой искры, то тогда вообще ничего между ними быть не может. Но между
девушками, особенно между теми, кто уже хлебнул мужской жестокости и страдал
от этого, тем более между двумя девушками, пострадавшими от одного и того же
парня... Может, мне все-таки стоит однажды попытаться и найти эту самую
Люси?
За соседним столиком сидят два господина лет пятидесяти, которые никуда
не спешат. Тот из них, что выглядит главным, толст, напорист, абсолютно лыс,
похож на подручного негодяев из какого-нибудь фильма. Тот, что
понезначительнее, кажется подержанным, даже потрепанным, манеры у него
вызывающие, лицо его готово мгновенно принять выражение благоговейной
почтительности или жалости по отношению к каждому, кто нуждается в том или в
другом.
Писатель закурил сигарету и предположил, что это мелкий маклер или
торговый агент фирмы, поставляющей фены. Того, кто поважнее, писатель назвал
про себя Леоном, а тот, кто пресмыкался перед важничающим, вполне мог носить
имя Шломо Хуги. Двое, похоже, беседуют о природе успеха.
"Подручный негодяев" говорит:
- И, кроме того, пока ты в конце концов достигаешь чего-то в жизни,
сама жизнь, так или иначе, заканчивается.
Второй господин отвечает: