"Эллис Питерс. Покаяние брата Кадфаэля ("Хроники брата Кадфаэля" #20)" - читать интересную книгу автора

обращался, - открой ворота и прими посла ее милости императрицы.
- Говори, что тебе велено, оттуда, где стоишь, - отозвался Филипп, - я
слышу тебя превосходно.
- В таком случае, - решительно заявил Фицгилберт, - знай, что твой
замок взят в прочное кольцо. Никто не сможет прорваться тебе на помощь, и ни
один из твоих людей не выйдет наружу без дозволения ее милоста. И не
заблуждайся: тебе не под силу отразить приступ, на который мы можем пойти и
пойдем, если ты станешь упрямиться.
- Если ты хочешь что-то мне предложить, - невозмутимо отозвался Филипп,
то изволь, но не трать время попусту. Если тебе больше нечем заняться, то у
меня дел по горло.
Фицгилберт слишком поднаторел в такого рода переговорах, чтобы его мог
смутить или обескуражить тон противника.
- Хорошо, - сказал он, - буду краток. Императрица, твоя государыня,
требует, чтобы ты немедленно сдал замок. В противном случае он будет взят
штурмом. Сдай его в целости или пади вместе с ним.
- А на каких условиях? - осведомился Филипп. - Назови ваши условия.
- Безо всяких условий. Ты должен сдать замок, а сам со всем своим
гарнизоном положиться на милосердие ее милости.
- Я слишком хорошо знаю ее милость, чтобы доверить ее милосердию даже
собаку, которая хоть раз тявкнула на эту особу. Разумные условия я,
возможно, и обдумал бы, но даже в таком случае, Фицгилберт, мне
потребовались бы еще и твои гарантии. Только на ее слово я положиться не
могу.
- Торговаться мы не будем, - решительно заявил Фицгилберт. - Сдавайся,
или ты дорого заплатишь.
- Передай императрице, что ей самой, возможно, придется уплатить
высокую цену. Нас дешево не купишь.
Фицгилберт пожал плечами и направил коня вниз по склону.
- Потом не говори, что тебя не предупреждали, - бросил он через плечо,
и весь его отряд - герольд впереди и рыцари сзади - легким галопом поскакал
к деревьям. Ждать осажденным пришлось недолго. Штурм начался с града стрел,
летевших из-за всех укрытий, какие только были вокруг замка. Пущенная рукой
умелого лучника стрела достигала стен с самой опушки, и всякий, кто
неосмотрительно высовывался из-за зубцов, превращался в мишень. Кадфаэлю,
который находился на юго-западной, ближайшей к деревне башне, было ясно, что
нападающие не скупятся на стрелы, отчасти желая запугать осажденных, отчасти
же оттого, что остаться без стрел не боялись - их им могли доставить сколько
угодно. Защитники относились к стрелам гораздо более бережно, потому как
брать новые им было неоткуда, и стреляли только наверняка, когда кто-нибудь
из нападавших неосторожно высовывался из укрытия. Метательные машины тоже
пока бездействовали - их приберегали до того времени, когда противник пойдет
на приступ. Метательный снаряд, пущенный из катапульты или баллисты в толпу,
наверняка найдет себе жертву, тогда как в одного человека попасть из нее
почти невозможно. Четыре катапульты, похожие на огромные арбалеты,
установили на юго-западной стороне, откуда скорее всего приходилось ждать
атаки, а еще по одной расположили на востоке и западе. Баллист,
предназначенных для метания камней, в замке было только две, и для них не
было подходящей мишени - разве что Фицгилберт сдуру начнет массированную
атаку. Обычно камнеметы применяли осаждающие, но они пригодились бы и