"Эллис Питерс. Покаяние брата Кадфаэля ("Хроники брата Кадфаэля" #20)" - читать интересную книгу автора

- Печать-то была, - безыскусно ответил Фортрид, - только вот его самого
не было.
Кое-что определенно начинало проясняться.
- Но ведь его отсутствие, наверное, как-то объяснили?
- Не без того. Нам сказали, что он ночью ускакал в Криклейд, доложить о
случившемся Филиппу Фицроберту. Но перед отъездом он - первый среди равных -
собственноручно скрепил договор своей печатью. А без этой печати замок не
достался бы Стефану так легко. Люди Фицклэра могли оказать сопротивление, да
и другие, возможно, примкнули бы к ним.
- А на следующий день? - спросил Кадфаэль.
- Он так и не вернулся. Все, понятное дело, забеспокоились, и тогда сам
де Сулис с двумя ближайшими соратниками отправился на поиски Джеффри. Они
поехали тем же путем, каким должен был ехать он, и вернулись уже ближе к
ночи. Его они принесли на носилках, завернутого в плащ. По их словам,
выходило, будто он упал с коня и сильно ушибся. Ночью Джеффри Фицклэр умер.
"Ночью-то ночью, - подумал Кадфаэль, - только вот какой ночью?" Монах
чувствовал, что тот же вопрос не дает покоя и его собеседнику. Мертвое тело
не так уж трудно спрятать подальше и объяснить таким образом отсутствие
честного капитана на месте предательства. Предательства, в котором он не
участвовал. А потом этого капитана объявляют погибшим в результате
несчастного случая - и концы в воду.
- Там, в Фарингдоне, его и похоронили, - заключил Фортрид. - Нам даже
тело не показали.
- А семья у него была? Жена, дети?
- Нет, никого. Де Сулис послал гонца к Клэрам, чтобы известить их о
кончине Джеффри и о том, что незадолго до смерти тот присоединился к
сторонникам короля. Заупокойную мессу по нему отслужили, все честь по чести.
С домом Клэров де Сулис предпочитал ладить.
- Вроде все ясно, - лукаво заметил Кадфаэль, - но кое-чего я не пойму.
Вот, например, коли все там у вас закончилось мирно, как же ты получил это
увечье?
Каменщик криво улыбнулся.
- Упал, вот как. Свалился со стены в ров. Мне и прежняя-то служба не
больно нравилась, а уж новая и подавно. Я решил удрать, но виду, понятное
дело, не подавал - это было бы большой дуростью. Уж как они догадались - ума
не приложу. Между мной и воротами вечно кто-то торчал, вот я и надумал
спуститься со стены по веревке, а веревку-то взяли да и обрезали...
- И бросили тебя безо всякой помощи?
- А почему бы и нет? Мало ли бывает несчастных случаев? Одним больше,
одним меньше - разница невелика. Но мне повезло. Изо рва я выполз и
спрятался, а потом меня подобрали добрые люди. Нога, правда, срослась криво,
но хоть жив остался, и то слава Богу.
Смерть одного человека и увечье, хладнокровно нанесенное другому, - за
все это кто-то должен был заплатить. Подумав об этом, Кадфаэль тут же
вспомнил и о своем долге. Хромой каменщик доверился ему и сообщил все, что
знал, не требуя ничего взамен. Услышанное показалось монаху еще одним
доказательством того, что справедливость в той или иной форме в конце концов
непременно устанавливается, пусть это происходит не сразу и не напрямую.
- Фортрид, я хочу сказать тебе кое-что, о чем ты меня не спрашивал. Эта
печать, которой воспользовались, чтобы скрепить ею изменническое соглашение,