"Жорж Сименон. Маленький человек из Архангельска " - читать интересную книгу автора

присматривать за коробками со старыми книгами, стоявшими перед витриной.
Он мог бы ничего не говорить. В бистро завсегдатаи подходили к стойке
молча, так как заранее было известно, что закажет каждый. Иона, например,
неизменно заказывал кофе. Но, видимо из-за робости или из любви к точности,
всякий раз произносил:
- Чашку кофе.
Здесь почти все знали друг друга и, случалось, даже не здоровались,
полагая, что уже виделись утром.
Фернан Ле Бук, к примеру, вставал в три часа, когда приезжали
грузовики, а мясник Ансель, поднимаясь в пять, успевал к этому времени раза
два заскочить в бар.
Лавки теснились вокруг шиферного навеса над рынком, который был
опоясан канавой, заваленной разбитыми ящиками, гнилыми апельсинами и
утоптанной; стружкой. Хозяйки, шагавшие через весь этот мусор,
незадумывались о том, что еще до их прихода и даже пробуждения площадь,
рыча тяжелыми грузовиками и воняя мазутом, уже жила своей лихорадочной
жизнью.
Иона любил наблюдать, как из тонкого хромированного крана кофе капает
в коричневую чашку; была у него и другая привычка - прежде чем кофе подан,
вынуть из прозрачной обертки два кусочка сахара.
- Как Джина? Ничего? - спросил Ле Бук.
Сначала он ответил:
- Ничего.
Солгать Иона стел нужным лишь после нового замечания Фернана:
- Я думал, не заболела ли она. Сегодня утром я ее не видел.
- Верно! Я тоже ее не видел, - поддержал мясник, прервав разговор с
полицейским.
Обычно Джина, в домашних туфлях, часто растрепанная, иногда одетая в
цветастый халат, ходила за покупками довольно рано, пока не нахлынет толпа.
Иона открыл рот и не сумел изменить приготовленную заранее фразу, хотя
инстинкт и подсказывал ему обратное:
- Она уехала в Бурж.
Время от времени его жена ездила в Бурж - проведать подругу по
прозвищу Лут, дочь торговцев семенами из лавки напротив, жившую там уже два
года. Но почти всегда - и это все знали - она ездила автобусом одиннадцать
тридцать.
Он досадовал на себя, что так ответил: это была ложь, а лгать он не
любил; кроме того, у него было ощущение, что сделал он это зря. Но он уже
не мог сказать правду, тем более что с минуты на минуту должен был
подъехать на своем трехколесном велосипеде с коляской и пропустить
стаканчик Палестри, отец Джины.
- Кто-нибудь знает, в конце концов, чем занимается в Бурже эта Лут? -
ни к кому конкретно не обращаясь, спросил мясник.
- Таскается, конечно, - безразлично бросил Фернан.
Странно, что разговор затеял именно мясник: его старшая дочь, Клеманс,
та, что вышла замуж, тоже замешана в этой истории.
Иона пил маленькими глотками; кофе был очень горячий, и очки у него
запотели, что придавало ему несколько необычный вид.
- До скорого, - сказал он, кладя монету на линолеум стойки.
К двум коробкам книг никто не прикасался. В базарные дни ему редко