"Андрей Дмитрук. Болеол Равела. Неожиданный финал (фантастический триллер) (КЛФ, ТМ N 9-10/97)" - читать интересную книгу автора

производстве" или "Искусственное осеменение крупного рогатого скота"... -
Никита за рулем заржал, Елизавета и бровью не повела.
На углу Крещатика и Хмельницкого, против выгоревшего остова ЦУМа, нас
притормозили для проверки документов. (Позднее я узнал, что днем в этом
месте разворотили-таки пластиковой миною бронефургон с голландским сыром;
грабители сырные круги похватали, но пара сыров все же скатилась на
Крещатик, и возникла бешеная драка прохожих.) Стоял смешанный патруль
полиции, РСБ и межрегиональников; я разглядел неясную громаду танка,
задранный хобот орудия. Когда машина вновь тронулась, объезжая еще не
снятые, провисшие до земли провода давно мертвой троллейбусной линии,
Елизавета сказала:
- Однако же, опыт ваш велик! И фамилия ваша мне все же откуда-то знакома.
Не вы ли изволили написать рекламную телепьесу "Волшебная мясорубка"?
Диалоги там изрядны, весьма исправна драматургия...
Так-так, внутренне усмехнулся я, - случайно вы меня подобрали, хитрая
команда! Но, к счастью, никакой опасной путаницы. Будет деловое
предложение. И все-таки, почему мне?! Тоже нашли драматурга,
пьянчугу-заказушника. Впрочем, "Волшебная мясорубка" - это, все-таки...
Когда-то я, пожалуй, кое-что и мог. Давно... Искусственное осеменение
доменного производства изрядно портит руку.
- Да, "Мясорубка" моя, - кивнул я. - Странно, что такую чепуху кто-то
помнит. Но приятно...
- Мало осталось просвещенных людей в нашей земле, сочинителей же по
пальцам руки можно перечесть! - грустно ответила она. - А много ли вы
заняты ныне, или же могли бы найти время для некоей хорошо оплачиваемой
работы?..
- Вообще-то, мог бы, - ответил я небрежно, пытаясь не выдать ликования.
Не дай Бог, сочтут готовым ишачить за любую цену!.. - Но хотелось бы,
знаете, сразу заключить договор. Скверная привычка к бланкам с печатью.
- Всеконечно, - ответила Елизавета, исполнясь немного комичной
серьезности. - Не извольте сомневаться, мы сообщество вполне законное.
Приватная киностудия "Астрея".
В школьные годы, возясь с большим аквариумом, я ненароком окунул цоколь
зажженной лампы и руку. Удар тока через воду обжег меня и смял. Нечто
подобное произошло и теперь, когда я услышал слово "Астрея".
Еще содрогаясь от шока, машинально рассматривал я визитную карточку с
витиеватой надписью по-русски и по-английски. Киностудия располагалась в
Санкт-Петербурге; владела ею фирма, скрытая под литерами ЕИВ. Долгорукова
оказалась администратором фильма. Сунул мне свою карточку и Никита,
ассистент режиссера по работе с актерами.
Пока "хорьх" приближался к моему дому, она разъяснила мне, что речь идет
не о написании сценария, а о диалогах к уже снимаемому фильму. Таков
замысел автора, он же режиссер: писать все реплики прямо на площадке,
импровизируя по ходу действия. На вопрос, какого рода фильм, Елизавета
ответила кратко: телевизионный, исторический, многосерийный. Оплата частью
в западнорусских конвертируемых червонцах, частью в экю Евросоюза. Сумма -
сверх самых смелых надежд, свобода и благополучие на годы.
Они высадили меня у самого подъезда на Жилянской - чтобы, не дай Бог, со
мною еще чего-нибудь не случилось. Оба вышли из машины, провожая меня:
молчаливый Никита как-то странно, ладонью вперед, приложил руку к кожаной