"Леонид Влодавец. Выход на бис (Black Box N)" - читать интересную книгу автора

полтора-два фута. Конечно, она пошла вниз по течению, должно быть,
предполагая, что таким образом мы выйдем к озеру.
Еще через два десятка ярдов стало заметно, что уступ с нашей стороны
туннеля просто-напросто исчезает. На другой стороне реки он оставался, но
туда еще надо было перебираться.
Тина посмотрела вперед, потом на другой берег речки, после этого на камни,
вокруг которых журчала вода и, обтекая их, неслась куда-то в бесконечную
черноту туннеля.
- Посвети своей лампой на камни, - велела она, - я попробую перейти на тот
берег. Как только я перейду, то начну светить себе, а ты перейдешь следом
за мной.
В общем, она поставила ногу на один камень и шагнула на него с берега.
Потом перенесла ногу на второй камень, опять шагнула. Сумочка, та самая,
из-за которой мы отстали от группы, висела у нее на плече. Если б я был на
ее месте, то перед тем, как переходить речку по камням, повесил бы сумку
наискосок, чтоб ремень цеплялся за шею. Но она и здесь оказалась
недальновидной.
Речка была шириной всего в семь-восемь футов, не больше. В отсветах фонаря
мисс Уильямс я заметил чуть впереди, на том берегу, небольшую площадку и
какую-то очередную дыру в скале. Мне даже померещилось, будто там, в той
дыре, мигнул свет. Как-то непроизвольно я повернул голову в ту сторону и
убрал свет своей лампы с третьего камня, на который собралась перебраться
учительница.
- Ой! - взвизгнула она, испуганно дернулась, не видя, куда поставить ногу.
При этом ремешок сумочки соскользнул с плеча, а сама сумочка шлепнулась в
воду. Физичка сдуру попыталась ее подхватить, качнулась вправо, а ее нога,
обутая в кроссовку, при этом не нашла опоры. Бултых!
Не знаю, что на меня нашло, но, увидев, как быстрое течение подхватывает
визжащую от ужаса училку и уносит в темноту, я прыгнул за ней...


Взят под контроль


Из этого дурацкого сна я вылетел мгновенно, поскольку испытал
замечательное освежающее действие подземной воды с температурой около
десяти градусов по Цельсию. Нет, все-таки приятно иногда расстаться с
чужим отрочеством и оказаться самим собой, 34-летним, хотя и лежащим на
больничной койке. Ведь при пробуждении тебя ожидают не сырость и сквозняки
подземного царства, а теплынь и кондиционированно-свежий воздух
университетской клиники. Чуть-чуть, правда, отдающий больничным ароматом.
Судя по всему, медикам удалось меня отстоять, в смысле не отдать Марселе.
Я даже догадался, что какую-то роль в этом сыграл "дурацкий сон", потому
что заботливая Марсела, видать, не решилась беспокоить меня, спящего, и
отложила похищение на более поздний срок. В палате, однако, у входной
двери, появились мордастые ребятки в удивительно знакомой униформе. Нет,
это были не московские омоновцы в асфальтовом камуфляже и не муниципалы в
синих кепочках а-ля русская вспомогательная полиция при немецких
оккупантах. Но униформу эту я раньше видел, хотя и давно. Память сбросила,
выражаясь по-компьютерному, все впечатления от похождений Майка Атвуда и